— Он уплывает! — в отчаянии Лэя провожала взглядом удаляющийся прекрасный корабль.

И неважно, что он сделан из наспех обстроганной деревяшки. Он все равно был самым красивым, потому что они сами, с Хлюпом, его сделали. Она не стала раздумывать и бросилась в воду. Не обращая внимания на жалобный вопль "Лэя!", изданный Хлюпом сзади, девочка продолжала яростно барахтаться, медленно приближаясь к кораблику, а тот, как будто издеваясь, потихоньку уходил от берега.

Вдруг Лэя почувствовала, как ее ногу свела судорога, она закричала "Помог!.." и тут же хлебнула воды. До берега было ужасно далеко, и ноги не доставали до дна.

Она сделала еще несколько конвульсивных гребков и, вдохнув обжигающую воду в легкие, пошла ко дну, уже не слыша, как Хлюп кричал Зару на другом конце пруда, чтобы тот бежал за отцом Лэи. Как он, преодолевая свой страх, бросался в воду разыскивать и спасать свою хозяйку.

После короткого шока, Лэе вдруг стало легко. Она престала чувствовать боль в ноге и в легких. Лэя внезапно всплыла и, не задерживаясь в воде, поднялась в воздух, увидев, как Хлюп, смешно барахтаясь, плывет к ней. "Зачем?" — удивилась девочка: "Мне так хорошо!" Она полетела дальше, к дому, и увидела бегущего Зара.

"Сейчас наверно папа с мамой перепугаются! Вот мне влетит!" — а потом засмеялась:

"А как они меня здесь догонят?! А здорово-то как летать!" Ее внимание отвлекли какие-то воспоминания или видения, она видела себя как будто совсем маленькой, может быть годик или два отроду в каком-то незнакомом замке или дворце — в таком какие рисуют в книжках. Вокруг были какие-то шикарно одетые люди, и даже дядька в короне, как король с картинки, который на нее посмотрел. Но она не успела испугаться, так как будто провалилась или переместилась на красивую лужайку — такую же, как их нескошенное поле, по которому они бежали, только это место было другое — вокруг не было домов или деревьев.